Крестьянский сын, уже в отрочестве оставил родной дом и пришел в Галич, где поселился у одного инока в Воскресенском монастыре. Монашества, однако, не принимал, хотя игумен обители Стефан был его духовным наставником. После смерти игумена он переселился в Тотьму, зимой и летом ходил босой, в рванье, питался хлебом и водой - и тех ел не досыта, молился непрестанно. На него глядели с большим восхищением и изумлением, чем на монахов - ведь монастыри давно уже стали не столь посольствами мира иного, сколько частью культуры и социального устройства мира сего, утратив если не саму святость, то едкость святости - уродство христианства, проповедующее Христа лучше иной чинности. Андрею часто давали деньги - а он все тут же раздавал нищим (и тоже поступал обратно монастырям, которые превращали милостыню в вульгарные капиталы). Примечательно, что подвиг юродства Андрей принял на себя по благословению того же Стефана - юродивые в стране, где само монашество стало окостенелым социальным феноменом, были возрождением монашества вне монашества. Память 10/23 октября.
